Еще в начале XVIII в. на кораблях британского флота в кормовой части, над ахтерлюком, где всегда хранились запасы провизии и вина, находилось большое помещение, в которое выходили двери офицерских кают. Оно называлось “ворд роб” (“платяной шкаф). В вордроб складывали ценные трофеи, захваченные на судах-призах. В конце XVIII в. это помещение, переименованное в “вордрум” (“кают-компанию”), стало местом общего столования офицеров. Первый лорд адмиралтейства Джервис Джон объявил кают-компании не просто помещениями столовых, а местом собрания офицеров.

Офицеры в кают-компаниях рассаживались за столом строго по старшинству. Такое размещение создавало атмосферу уважительности и субординации, выделяло “старший” и “младший” (как тогда было принято говорить, “баковый”) концы стола. И ныне места в кают-компании столь же строго распределяет старший помощник командира. Особой заботой было создание среди офицеров Esprit de Corps (духа корпоративности). Эта сплоченность во многом обеспечивала победу в бою, решение самых трудных задач, поставленных перед кораблем.

Жизнь кают-компаний вплоть до революции покоилась на обычае видеть в начальнике начальника только на службе, а в кают-компании и вне службы он был только старшим товарищем. Старший офицер на палубе всегда “господин капитан 2-го ранга”, внизу же - “Иван Иванович”, и считалось совершенно невозможным обращаться к нему иначе. Корабль был домом, но домом, имеющим две половины, а именно палубу, где моряк всегда на службе, и кают-компанию, где он всегда дома. Это обусловило и ряд неписаных правил жизни кают-компании. Считалось дурным тоном говорить за обеденным столом о службе и делать выговоры, и вообще все то, что не принято в хорошей семье. В этом центре общения говорят на любую тему. И сегодня командир экипажа рассылает приглашения посетить корабль, которые всегда начинаются словами: “Командир и кают-компания просят...”

Анна Байдачная

Анна Байдачная, супруга Анатолия Байдачного, участника Гонки-2008 в составе белорусского экипажа, рассказывает:
Наша совместная жизнь с Толей похожа на увлекательное путешествие, которое длится уже 9 лет. Спецучастки – смотря, что под ними подразумевать. Были яркие и запоминающиеся моменты, встрясок не было. Мы меняемся ролями в зависимости от ситуации и желаний друг друга... подробнее >>>

Максим Багель

Технический директор белорусского штаба Гонки "Экспедиция-Трофи 2008":
Время экстрима. Во всех его проявлениях. Обожаю прыжки с парашютом, гонки на автомобилях, аквабайках, мотоциклах, квадроциклах. Всякого рода путешествия в одиночку и по разным странам... подробнее >>>

Пилоты - они толстые, потому что сидят. А штурмана - они тощие, потому что бегают. Впрочем, бывают тощие пилоты, но это скорее не исключение из правил - это переученные штурмана. Также встречаются и толстые штурмана. Это обленившиеся пилоты.

Пилоты делают все неторопливо, потому что от резкого движения мысль может ускользнуть, как рыбка в реке; тогда ее придется думать снова. У штурманов мыслей нет, они делом заняты. А поскольку дел много и все надо успеть, они двигаются быстро. Бывает, пилот со штурманом сидят не шевелясь - это значит: завис GPS. А бывает, что оба двигаются быстро - это значит полный гнездец.

Штурмана они сильные и розовощекие, потому что на свежем воздухе и при физической нагрузке. А пилоты - слабые и наглые, потому что сами не могут ничего и боятся, что штурмана их бросят. Штурмана называют пилотов таксистами, потому что...